СЕРИАЛ NETFLIX
Да, да. Выпей, мой ангелочек.
Ого! Малышу нравится твое грудное молоко.
Молоко? Нет, Эндрю.
В груди гормональных монстров течет «Маунтин Дью».
В левой — вишневый, в правой — лайм-лимон.
Да, но от лимонного мне дико хочется какать.
Да, Монтель не берет мою правую грудь.
Видишь, как она болезненно набухла.
Ой, да.
Прости, мама Мори.
И прости, что превратил левую в стейк тартар.
Всё в порядке, Монтель.
Соси сколько душе угодно.
Не знаю, как и поступить.
Прилично ли мастурбировать в присутствии ребенка?
Не глупи, Эндрю.
- Считай, меня тут нет. - Ладно, если настаиваешь.
Постой, положи пенис. Твоя любовь звонит.
Это Берни.
Привет, папуся!
Эй, кукленок, угадай что? Я приеду к тебе в гости.
- Что? - Лично?
Чтоб потискаться?
Да, в пятницу. Брата везут в университет Ратгерса,
и родители сказали, могут завезти меня к вам на ужин. Это удобно?
Не знаю, зачем ему этот жалкий уник, но, конечно.
Может, закончим начатое в Вермонте?
Мори, в тот день я чуть не тронул ее грудь.
То был самый важный день моей жизни,
пока этот ангелочек не вылетел из моей дыры.
Для меня это тоже был важный день.
Берни, я был бы просто счастлив.
Заметано, Клейкие пальчики.
Ладно, я катапультируюсь. Жду нашего обмена грудепожатием.
Боже, вы это слышали?
Эндрю наконец-то потрогает грудь.
Мечты сбываются в Америке, парни.
Вот увидишь, мама, Берни тебе понравится.
- Она как юный Джордж Бернс. - Не терпится увидеть ее!
Увидеть кого?
Подруга Эндрю из Вермонта заедет к нам на шаббатний ужин.
Шаббатний? Нет, спасибо!
Марти, я же сто раз напоминала. Раввин Полбларт придет.
Этот поц в моем доме? Чем мы провинились?
Ты вообще не слышишь, что я говорю.
Если б ты говорила важное, тебя б показали по телевизору.
Эндрю, они будут так кричать друг на друга при Берни?
Без сомнений. А что?
Марти, прошу, веди себя вечером хорошо.
У рабби плотный график, нам повезло, что он придет.
Да кем он себя возомнил?
Деброй Мессинг, королевой евреев?
ПРОСТИ НАС, РАТГЕРС
Зацени. Мой тайный дедушка был знаменитостью.
«Чемпион по кручению сосков»?
- «Родился в Инвернессе». - Это в Шотландии.
«Супруга: Роуз Макгрегор, ныне…»
Твоя бабушка умерла, Ник. Соболезную.
Неважно. Она не была легендой спорта. Но дедушка Шеймас, он реальный крутан.
И он по-прежнему живет в Стейтен-Айленде, я узнал.
Поехали познакомимся?
Я бы с радостью, Ник, но, честно говоря, мне не хочется.
Потому что по плану я сегодня буду пальпировать грудь моей девушки.
Круть. Веселись.
Да, я пятничный крутан Энди Глуберман.
У меня это впервые.
Месяц вместе — хитрая дата.
Для большого подарка рано, но пусть Джей знает: я влюблен.
- Мне кажется, плейлист подойдет. - Тебе только кажется.
С нашей датой, малыш!
Боже мой! Ты даришь мне гей-подарок?
Просто подарок.
И что? Мне просто содрать кожу с этой коробки?
Это называется оберточная бумага.
Ладно. Осторожно.
Прикольная ручка для Джея.
Разуй глаза, Джесси.
- Ясно же, это робот-член. - Нет.
Я буду его посасывать, пока не выйдет синий сок.
Не нужно, нет. Это ручка. Очень дорогая ручка.
Прости. Надо было пойти с тобой по магазинам.
Но я увлекся грудным вскармливанием.
- Конечно. - Монтель.
Бери папину левую грудь, твою любимую.
Но этот сосок покрылся коркой.
Ну да, потому что ты его грыз.
Ребята, тише.
Мэттью, давай вернемся к нашему люблюбилею.
Сегодня мой дом будет пуст, мои шарики надуты,
и я приготовлю тебе романтический ужин.
Мне нравится, как это звучит.
Будет так красиво, что ты будешь брызгать синим соком во все стороны.
Эй, Джесси, знаешь что? У меня тоже есть робот-член.
В смысле, модная ручка? О нет, это на 100% фаллоимитатор.
Я в школе с дилдо в руках.
Черт. Это мой маленький Монтель-Кристо?
Конни, мамочка. Сыграем в нашу игру?
Прыг, малыш, скок, малыш.
Блин, да.
Мама с усами.
Это чертовски круто, не снимай.
Боже, Мори, что с тобой?
Я просто вымотался.
Я плохо сплю.
А Монтель не берет мою бедную старую грудь.
- Нет. - Пожалуйста, Монтель, один глоток.
Я ненавижу тебя и твое дурацкое лицо.
Хорошо. Вижу, у тебя всё под контролем.
Нет. Вовсе нет.
- Чао. - Конни!
Я буду бить тебя, пока ты умираешь.
Неужели ты договорился об интервью с Фрэн Лебовиц для школьного доклада?
Да, невероятно, но это абсолютная, стопроцентная правда.
Будь осторожен, мой птенчик.
Чирик-чирик. Ах ты папочкин чижик.
Зуб даю, дед бы надо мной не кудахтал.
Может, я безумец, раз хочу найти его, но…
Послушай, Ник.
Ты не безумец.
Будь я таким человеком, как ты,
я бы сделал тот же выбор, что и ты.
- Ладно. - Рад, что тебе стало легче.
Не стало. Я даже в замешательстве.
Ладно, проехали. Чух-чух, ту-ту!
Джей, идеальное сочетание.
Как кубик льда на кончике тебя.
Спасибо, ребята. Хочу показать Мэттью,
что и во мне есть утонченность и шик.
А я, например, жду не дождусь встречи с этим неотразимым Мэттью.
Мы вчетвером устроим такой сексомарафон все вместе.
Я не думаю, что он жаждет сексомарафона.
Он такой стильный и чистенький.
Представьте себе… эксперта по мылу.
Так что, мы не приглашены?
Ты стыдишься нас?
Нет, конечно, нет.
Я просто хочу, чтоб вечер был идеальным для Мэттью.
- Можно хоть посмотреть? - Обещаем, мы и не пикнем.
Вы будете подглядывать за мной и Мэттью
и елозить молниями туда-сюда?
Да, папочка.
Можете кусать меня, рвать мой наполнитель.
Ох, ничего себе.
Хорошо, волки вуайеризма.
Берни будет через 15 минут.
Так, 15 или 50? Скажи это без нетерпеливого пуканья.
- Пятнадцать. Один-пять. - Ой, это скоро.
Эндрю, рискуя усугубить метеоризм,
я скажу: эта ночь — возможно, лучшая ночь в твоей глупой жизни.
Флэнни, дорогой, я не могу не согласиться.
Сегодняшний вечер всё изменит
Минуты всевластья настают
Теперь-то я к славе шагну из тени
Ведь я потрогаю грудь
Подам я ему шикарный ужин
Есть будем с блюд, как короли
Он кипятком тут писать будет
От моей утонченности
Отца-слабака я бросаю
Судьбу в свои руки беру
Надоели мне ласки, конфетки и сказки
Я стану мужчиной к утру
Судьба мне назначила свиданье
Что может пойти не так?
Всё непременно будет как я мечтал
Этот вечер шаббатний Пусть будет невероятный
Прекрасная иудейка подаст индейки, закусок и вин
Что любит любой раввин
Чувствую, ждет меня удача
Даль впереди светла
Стану крутанским мужиком
Стану культурным хоть на час
Я сегодня потрогаю грудь
Всё сбудется пусть
- Привет. Я не успела к песне? - Да. Ты едва не успела. Входи.
Так, видимо, это здесь.
Не верится, что мы встретим пенис, который сделал твоего отца.
Ты кто такой?
Привет. Я твой внук, Ник Берч.
Мой отец был твоим сыном, Уильямом Макгрегором,
но теперь он Эллиот Берч.
Паршивое имя для паршивого сына.
Верно. Дурацкое, фальшивое имя. По-настоящему, я Макгрегор.
Вот как?
Заходи, маленький Ники Макгрегор.
Мне снять обувь?
Снять обувь? Зачем? Я не снимал обувь 15 лет.
Прости, 50 или 15?
Один-пять.
Не верится, что ты здесь, в доме моего детства.
Хватит сюсюкать. Обсудим стратегию.
Хорошо. После ужина — наилучшее окно.
Мама будет мыть посуду, а папа засядет в сортире.
- У нас будет минут 10. - Считай, девять, перестрахуемся.
Если не зазеваемся, как раз успеем…
Взбежать наверх и смаммографировать друг друга?
О эти формулировки.
Ты ослепительна.
Джей, ужин просто восхитительный.
В смысле, вау, утка в апельсинах…
Милый Мэттью, это не утка.
Это чайка, я оглушил ее битой для лакросса.
Она храбро билась.
Знаешь что? Чайка нежнейшая, я обязательно спишу рецепт.
Короче, свиданка удалась зачетно? Скажи своими словами.
Чудесный вечер, Джей.
- Да. - Ты разишь наповал, Джей.
Я так горд, что трахал бы тебя, пока б ты не умер у меня на руках.
Спасибо, от ваших слов у меня яйца проветрились.
Барух Ата, Адонай, микадеш ха Шаббат.
Чудесное благословение, рабби.
- Милая песенка, давайте есть. - Нет. Рабби еще не благословил халу.
Да зачем это надо? Думаешь, Бог нас слушает?
Он занят, клепает новый ковид.
Ребята, у нас гости.
Барбара, от запаха грудинки у меня слюнки текут.
Это от кошерного мясника, у которого семь пальцев.
За кошерное мясо сейчас дерут втридорога.
Миссис Глуберман, кугель очень вкусный.
В моей семье такого не бывает.
Да? В нашей тоже, Берни.
Барбара расстаралась ради раввина.
Ради Шаббата, Марти.
С каких пор это тебя волнует?
В ту пятницу мы ели свинину по-китайски и смотрели «Мадам госсекретарь».
Эндрю, жевание и брюзжание твоего отца портит весь настрой Берни.
Я согласен со сверчком. Вайб так себе.
Здесь всегда вайб так себе.
Надо просто поужинать, а потом сыграть в тити-танго.
Мори прав. Рвемся вперед.
Думаю, теплая и влажная грудинка
успокоит мои набухшие пимпочки.
Это так мило и по-еврейски.
Ух ты, чемпионат 67-го года по кручению сосков.
Это когда ты победил Майка «Маникюра» Макнамару?
Его острые когти не справились с моими кожаными сосками.
- Попробуй, крутани. - Серьезно?
Пистолет есть? Стреляй мне в сосок.
- Я и не почувствую. - Пистолета нет.
Ты знаешь, куда закручены твои соски.
Вот бы твой недотепа-отец ценил этот спорт так же, как ты.
Да. Это спорт чемпионов.
- Он должен стать олимпийским. - Олимпийским. Да, точно!
Ты славный засранец, Ник Макгрегор.
Спасибо. Я хороший засранец. Да и ты тоже, дедушка.
- Жажда. Хочешь чего-нибудь с кухни? - Да, я б перекусил.
Что найдется. Батончик мюсли, кукурузные хлопья,
или, скажем, сыр «Бэбибел»?
Есть пиво и овсянка.
Ник, зацени. Ого-го! Тараканы ведут меня на обед.
- Проклятье. - Да, папочка.
Прости, перерыв, я в туалет.
Никуда не уходи.
Не писай там слишком обильно.
Всё идет так хорошо, Джей.
Правда? А я так нервничал, что чайка не сдохнет в духовке.
Я имею в виду с Мэттью, глупый жеребец.
Кажется, он на 100% готов на СМ.
Не против сексомарафона.
Вы в этом уверены?
Давай, бро, ты же знаешь, что хочешь подружить нас с этой атомной блондой.
Или боишься, что у тебя будет слишком много роскошных дырок?
Блин.
Джей, ты знал, что у тебя в туалете рыба?
Что происходит?
Только тебя и ждем, Принц Кексик.
Вот как.
Я не знаю, что делать, рабби.
Шэрон Краусс и Шэрон Менахем
обе хотят быть царицей Эсфирью на пуримшпиле.
И они обе такие сильные актрисы.
Приходите в понедельник втроем ко мне в кабинет, и я их рассужу.
О да. Это тебе по нраву, да, Полбларт?
Когда вокруг тебя гарем, и все превозносят твою мудрость.
Марти, он старается помочь.
Ох, это стресс.
Это нормально.
Я бы беспокоился, если б они не кричали друг на друга, как маньяки.
Простите, рабби. Я лишь хотела хорошо провести Шаббат.
Не-не-не, вы должны гордиться этим блюдом.
Что значит «не-не-не»? Хочешь сказать «нет» — говори «нет».
А ты, Марти, должен гордиться тем,
как твоя прекрасная жена предана иудаизму.
Очень мило, Рабби. Приятно, когда тебя ценят.
Эй! Я тебя ценю.
Совершенно не ценишь.
Ценю больше некуда, скоро из ушей полезет.
- Эндрю… - Всё хорошо.
Это просто турбулентность Скоро приземлимся.
И почему я решила, что это хорошая идея?
Не плачь, Барбара, это был чудесный Шаббат,
ценит это твой муж или нет.
Спасибо, рабби.
Вы столь же добры, сколь мудры.
Эй, Полбларт.
- Ты чпокаешь мою жену? - Что?
- Марти!
Вот дерьмо!
Дерьмовей некуда.
Знаешь что?
Я, пожалуй, откажусь от пива и грязной овсянки,
но большое спасибо.
Мелкий привереда.
Я вижу в тебе твоего отца, Ник Берч.
Нет, я Ник Макгрегор.
Я не привередничаю, но у тебя есть ложка без птичьего дерьма?
Нет.
Не делай этого, говорю тебе.
Птичий помет не так вкусен, как кажется с виду.
Но я должен.
Мужчины это и делают —
ужасные, отвратительные вещи.
Вперед.
Да что с тобой? Суй ложку в рот.
О да. Очень выраженный вкус птичьего помета.
Хороший мальчик. Давай, съешь всю миску.
Пиво на тебя переводить не буду.
Да, всё так. И отличное, кстати, птичье дерьмо.
Мэттью, с превеликим стояком
представляю тебе Брэда Полумбо и Сюзетт Сент-Джеймс.
Привет, ребята.
- Привет, красотка. - Аншанте, бро.
Мы втроем проводим чувственные коллаборации
уже… больше года, да, ребята?
Время летит незаметно, когда проводишь его приятно.
Джей, что именно происходит?
Я просто подумал, будет весело,
если все мои любовники разделят объятия друг друга.
Ладно…
Так что, может, начнем с выбора партнера.
Выбери меня, папа.
Нет-нет. Меня, бро.
О боже.
Я не знаю. Пожалуй, я возьму эту, хрустящую.
О-ля-ля, твой выбор дама.
Ты меня удивляешь.
И что мне с ним делать?
- «С ним»? - Боже, Мэттью, у нее есть имя.
Сюзетт Сент-Джеймс.
Из Сент-Джеймсов, что в Атлантик-Сити.
Ладно, извини.
Можно нажать на паузу?
Договоримся, что это просто подушки.
«Просто подушки», бро?
Я любимое дитя Божье, как и все остальные.
- Скажи ему, Джей. - Как бы…
Конечно, это просто подушки.
Какого хрена?
И ты, бро Джей?
Ладно. Слава богу.
Прости. Смешная шутка.
Да, это шутка. А вовсе не жестокое предательство.
- Твою мать. - Невероятно.
На чём мы остановились?
Боже мой.
Я буду плакать впервые со смерти отца.
Покойся с миром, Альфонс Полумбо.
Да что с тобой, Марти?
Конечно, я не сплю с рабби. Я не такая.
И я не чувствую влечения к Барбаре. Не-не-не.
Меня возбуждают только очень мускулистые женщины,
намного мускулистее, чем ты сейчас воображаешь.
Если ничего такого,
почему ты проводишь столько времени в синагоге?
Какой весельчак.
Кто-нибудь хочет вина, минералочки?
Грудной газировки?
Нет, твои сиськи на вкус как моча.
Марти, мне жаль, что ты так плохо думаешь обо мне.
Можешь не верить,
но я хожу в синагогу не ради дешевой интрижки.
Я хожу, потому что это дает мне цель.
И я не буду за это извиняться.
Я требую к себе уважения.
Нет. Ты чпокаешь раввина.
- Боже мой. - О, Марти.
Думаю, мне нужно уйти отсюда.
Что? Куда это ты собралась?
- Прости, мой хороший. - Мама.
Шабат шалом, рабби.
Папа шутит. Верно?
- Скажи, что ты шутишь. - Она не уйдет.
Она села в машину.
Это всё большой блеф.
Она уезжает.
И показывает дому средний палец.
Да она… Она вернется.
В браке, Марти, бывает нелегко.
Заткни-ка рот.
Тебе лучше убраться из моего дома пока я сижу на толчке.
Даю девять минут и 50 секунд.
Прости, ты сказал 50 или 15?
Пять-ноль.
Я так понимаю, пора наверх?
Серьезно? Ты уверен?
Мы уверены. Окно закрывается.
Как ты можешь думать о груди Берни,
когда грудь твоей мамы только что покинула дом?
Флэнни, мой час настал.
Ты слышал песню.
Я потрогаю грудь
Идем, Берни.
Мы сделаем это, хотим мы этого или нет.
Вкусно.
Не совсем так представлял себе мое первое пиво, но…
Мне нужно отлить. Дай-ка банку.
- Что? - Скорей, подступает.
- А банка тебе зачем? - Отвернись. И отойди.
А ты…
Какого чёрта? У тебя нет толчка?
Не надо мне дерзить, парень. Толчок для дедушкиного шоколада.
Ох, ты навсегда отравил мне шоколад.
Прости, что оскорбляю твою деликатность.
Тараканы кладут яйца прямо в птичье дерьмо на моей ложке.
Детка, как я люблю тебя сейчас.
А ну пошли вон!
Ты швырнул банку с мочой.
Я же говорил, пиво я зря не перевожу.
Ладно, я думал, он крутой,
но теперь я думаю, он просто полоумный.
Это тонкая грань, и каждый день я хожу по ней, как по канату.
Но он делает хороший лимонад.
Что ж, мистер Макгрегор, очень странно было познакомиться.
- Но мне пора. - Что? Ты только что приехал.
Да, и ты только что швырнул в меня своей мочой. Прощай.
Понятно. Ты такой же, как твой отец.
Убегаешь, чуть тебе стало страшно.
Да, мне страшно, потому что ты жутко страшный.
И твоя овсянка отстой.
А ну вернись, капризный щенок!
Отстань.
Побудь-ка здесь, грязный недоносок.
- Чёрт возьми. - Боже, моя лодыжка.
Я ошибся. У тебя доброе сердце.
Ты крепкий, крутой, шершавый пацан.
Чёрт.
Дом Берчей, люблю вас.
Папа? Я попал в беду. Можешь забрать меня?
О нет.
Ты спросил Лебовиц, когда ждать новую книгу?
Она это ненавидит.
Нет, я соврал тебе. Нет никакого интервью.
Я не знаю, кто эта Фрэн Лебовиц. Я взял еврейское имя наугад.
Фрэн Лебовиц начинала как радикальный журналист в 1970-е.
Пап, заткнись. Я в Стейтен-Айленде, у твоего отца.
- Что? - Но это была плохая идея.
Он заставил меня пить пиво, есть птичий помет.
Я закрылся в его спальне. Можешь забрать меня?
Ники, я буду через 50 минут.
Через 50 или 15?
Нет времени уточнять, Ники.
Так, нам сюда.
Пара минут, чтоб поиграть,
пока отец мучает сантехнику.
Ладно, я, вроде, не против, а ты?
А почему бы мне быть против?
Мама Эндрю. Мама Эндрю.
- Флэнни, хватит. Уймись. - Когда ты вернешься? Вернись домой.
Забудь про него. Дави сок из ее груш.
Ты же не против молокоотсоса?
Эндрю, ты точно в порядке?
Ты шутишь? Я вот-вот схвачу два батута.
Ладно. Иди, хватай.
- Куда она ушла? - Да…
Ты нужна нам.
О, моя грудь.
Почему мир так жесток?
Может, ты хочешь побыть один?
Не буду мешать.
Нет, мамочка, пожалуйста, не уходи!
Мама Эндрю!
Не знаю, что будет дальше с моей дурацкой семьей.
И я не знаю, как быть хорошим отцом моему ребенку.
Я тоже плачу.
Прости, Берни, я разревелся.
Всё в порядке.
Мне так страшно.
Это не страшно. Иди сюда.
Спасибо. Потом не спрашивай, откуда столько соплей на блузке.
А я вшивый неудачник и не заслуживаю счастья.
Эй, ты хороший папа.
Я знаю, ты стараешься как можешь.
Я всего лишь капризный засранец.
Я люблю тебя, Монтель.
И я люблю тебя, Берни.
- Что? - Что?
- Блин.
Ого. Я тоже тебя люблю.
- Правда? - Правда.
Чёрт, да неужели.
Слава Иисусу Христу и его 12 соседям.
Это потрясающе.
Эй, ребята, один вопрос.
- Считается, что я трогал грудь? - Конечно.
- Нет, и мы оба это знаем. - Считается.
- Нет. Ты сам знаешь. - Мори, это считается.
Флэнни.
Не будь я отцом размазни…
Где Ник?
Папа? Слава богу. Давай сразу уедем, а?
Он бросил в меня банку с мочой, и моча была очень горячей.
Твой сын еще больший слабак, чем ты.
Что случилось? Нечего сказать твоему старику?
Лишь одно: я не хотел, чтоб Ники знал тебя.
А лучше б и я тебя не знал.
Ты был прав.
Сумасшедший старый козел.
Надеюсь, личинки съедят ему лицо.
Личинки? И ты что-то говорил о каких-то банках с мочой?
Да. Он мочится в пивные банки,
а потом никак не различить, где пиво, а где моча.
Клеил бы ты этикетки, Шеймас. Пошел ты. Умри и разложись.
О нет.
Папа? Что ты делаешь?
- Нельзя оставлять его. - Почему?
Потому что мы Берчи, и в нас есть сострадание,
и мы поступаем правильно, даже если это трудно.
И пусть у нас маленькие пенисы,
но мы компенсируем это улетным куннилингусом.
Ладно…
Ники, ты пока не понимаешь,
но быть Берчем намного сложнее, чем Макгрегором.
Еще сложнее быть сутенером, как поется в песне.
Но я думаю, что быть проституткой намного сложнее.
Ох, прошу прощения, забыл.
Теперь мы должны звать их «бортпроводницами».
Трогал ты грудь или нет, Эндрю, сегодня ты нащупал настоящую любовь.
Чего не скажешь о твоем отце.
Эй, папа.
Ты в порядке?
Вот как так вышло, что нас ей стало не хватать?
Может, ей просто не хватает нашей признательности?
Не хватает ей! Кем она себя возомнила? Деброй Мессинг, королевой евреев?
- Но, папа… - Всё, уходи.
Иди спать. Из-за тебя я пропущу рекламу зооаптеки.
Питомцы не могут сказать, что им нездоровится.
Эти кошки не больны, видно же, они здоровы.
Как ты мог, Джей? Меня никогда так не предавали.
Это вспороло во мне всё, и не в хорошем смысле.
Вы можете заткнуться?
- Джей, всё в порядке? - Всё круто. Почему спрашиваешь?
Хорошо. Я что, испортил вечер?
Я обидел Сюзетту и Чада?
Прости, «Чада»?
- Да, обидел. - С Брэдом всё было иначе.
Мэттью, не глупи.
Это просто подушки. А ты мой настоящий парень.
Это довольно очевидно, но слышать всё равно приятно.
И, я так понимаю,
пришло время отказаться от детских секс-подушек.
Думаю, да.
Не могу поверить.
Совсем как в «Истории игрушек-3»,
где Энди больше не хотел трахать свои игрушки.
Прощай, Джей.
Ты всегда будешь для нас настоящим, бро.
Прощайте, мои милые секс-подушечки.
Прощайте.
Перевод субтитров: Екатерина Молодова